Был в берегах изрыт, гнили в труху остовы.
Плакать умел навзрыд, как подсмотрел у вдовых.
Курень не уберег — дрогнул изменой узел.
Бросился поперек струй, где охваты сузил.
В косу грехи заплел, небо зрачком царапал.
Вычеты и тепло взять захотел нахрапом.
Рухнул сугроб норы, выгоны дрогнули —
В рысь обернулся ранимый.
Криками — брызгами заполночь рыскали
Спрятать скуластое имя...
Прошло — поделом заново верень мерю.
В сумерках наделен скрасть позвоночник мели.
Только вокруг печаль правит изломы судеб.
Сбитень молвы почат — на перекрестках судят.
И среди всех тебя грезит угрюмый голос,
Кто обещал в степях петь на ресницах орось.
Где тебя Ветер носит
Мокрая знает осень.
Имя никто не спросит,
Светится иней-проседь...
Как не с той ноги умыться огневоды встали
И в рубахах белых разбрелись садить хлеба.
Чтобы в лихолетье наудачу сгинуть даром —
Горько!
Кто теперь расскажет, как орали без огляда,
Как горели волосы вспороть шов борозды,
Как гадали лепестками, — выбьет всходы градом —
Горько!
Там, где река, я запрягал
Ржавый от слез лемех.
Духа труды, с Солнцем лады
Помнит одно Время.
Клином плечо наперечет
Тихо немых отпой.
Горлом согрей с миром игрень,
Всех, кто ходил с тобой.
Видели павших выше,
Звездные пашни ищут.
Смехом морозы пьют,
Выцветят мел забуд.
Прошлое поделом...